Спасибо большое Ирине Мельниковой!

Итальянская мозаика. 30.12.07-06.01.08
... А теперь представьте, что вы оказываетесь в этом сказочном мире. Но не в деревне с пастухами, а в городе. Средневековый город, прилепленный к вершине горы. Все крошечное, как игрушечное. Но жилое и настоящее. Распахиваются ставни и на балкончик выскакивает собака, лакает воду из миски, дети с любопытством смотрят на чужаков, в церкви начинается служба, встречные жители здороваются с тобой – незнакомцем, как это бывает у нас уже только в дальних деревнях. Силуэт башенки с колоколом на фоне облаков. Но ты-то смотришь на нее не снизу вверх! Она вровень с тобой. Наш гид Ира привезла нас в Артену. За деревянной дверкой – пещера. Город-то на скале. В пещере – презепео. Сделанные детскими руками игрушечные миры. Конкурс презепео, как у нас конкурс снеговиков. В этом сказочном городе древняя история, воссозданная в пещере, воспринимается реальнее, чем в церкви. Мы спускаемся и поднимаемся по таким узким, зажатым домиками улицам и лестницам, что только двое прохожих могут разойтись здесь. Арки, ступени, балкончики, выступы и крыши, крыши. В окнах за занавесками свет и звуки жизни.
- Ты живешь в презепео, - сказала жительнице города навестившая ее итальянская приятельница. А у меня было чувство, что я попала в сказку Андерсена.
К машине, где ждет нас Ира, мы приходим ошеломленные и молчаливые.
...В январе на Везувий не ездят. Я очень просила Иру. Она просила Гаэтано, нашего водителя. Как возмущается Гаэтано, я представляю. И все-таки мы едем. В багажнике теплые куртки, шапки, шарфы. Во время подъема в гору я поняла, почему протестовал Гаэтано. Дорога из одних крутых поворотов и под большим углом. Если из вон той тучки, на которую с опаской поглядывает Гаэтано, прольется дождь, даже при +2 дорога превратиться в каток. Но – повезло. Дождь не пролился, день безветренный.
Все время смотришь вниз – на Неаполитанский залив, на язык лавы, пересекший гору. Действительно, как высунутый язык. Везувий немного извергнулся тут. Как напоминание – эй, не стойте слишком близко! Но это же неаполитанцы. Красная зона, называется участок на склоне, где нельзя строиться и жить, т.к. при извержении накроет за 10 мин. Строятся и живут. Без разрешений.
Вниз смотришь в кратер вулкана. Взгляд скользит, цепляясь за острые выступы. Весь склон кратера – как огромная булава. Разноцветье пород: серый, коричневый, желтый, бурый. Облачко серо-водорода вырывается из расщелины, жуткий запах. И сверху все это накрывает туман. Ветер его отгоняет – открывается красивый склон. Туман наползает вновь. Как смена декораций.
Весь мир у твоих ног. Накатывает чувство одиночества. На Везувии хочется молчать...

...я хотела в Сорренто. И пусть день зимний, плеск волны – это уже о лете. Скалы вырастают из моря и на этих скалах город. Узкие улочки, крутые спуски, крутые повороты. Машина летит на скорости. Я могу только скулить от страха. Мужчины вскрикивают восхищенно, тем самым подначивая Гаэтано. Он в своем мире и в своей стихии.
- Бооо-на-на! – приговаривает Гаэтано. Поворот головы направо, блеск глаз, зубов, приветсвенный жест и крик другу, все это не притормаживая. На следующем повороте друг слева. Все повторяется. Бооо-на-на! Когда очередной раз машина мчится вниз, у меня возникает вопрос: а движение здесь одностороннее? Ира и Гаэтано смеются, а навстречу из-за поворота вылетает машина. Она летит вверх. Фары в фары, как глаза в глаза. Вот и ответ на вопрос.
В Сорренто меня ждало 3 открытия.
1. Как собирают оливки. Между деревьями протянута свернутая трубочкой сеть типа рыбацкой. Во время сбора урожая ее растягивают между деревьями и трясут дерево. И ползать в траве не надо, и ни один драгоценный плод не пропадет.
2. Лимончела. Фирменный напиток Сорренто. Сорренто славится лимонами с толстой коркой и урожаем 2 раза в год. Из этой корки и делают вкуснейший ликер, говорят, способствующий пищеварению.
3. Меня всегда удивляло в рекламе оливкового масла, что девушка подбирает масло хлебной коркой. Это же не соус. Никто не делает так. Во время обеда Гаэтано показал, что надо кусок хлеба обмакнуть в оставшееся от салата зеленое масло. Я попробовала. Как это было вкусно! Можно подавать самостоятельным блюдом.
Мы опять в машине. Еще крутой спуск, крутой подъем, море остается где-то за спиной. Время, украденное у Помпей, закончилось. Наш путь в Помпеи.

Я держу в руках большую шишку пинии. Она как сосновая, но раза в три больше. Такая огромная кругло-растопыренная шишка. Андрей П подобрал ее в Помпеях. И сразу перед глазами мостовая из черного вулканического камня, «пешеходный переход» - большие камни от тротуара к тротуару, по которым переходили грязную улицу. Изображение головы божка у входа в дом и рядом на каменной стене выбит рисунок фаллоса. Чтоб уж всех недоброжелателей послать. Фонтанелла с вмятинами на камне – в том месте, где опирались руками. Сразу вспоминаешь каменную лестницу с продавленными ступенями в парадной питерского дома. На углу «бистро» - прилавок с вделанными сосудами для еды.
Собака, свернувшись клубком, спит под закатными лучами солнца на травке форума перед колоннами базилики.
Страшно стало только в термах – когда увидела лицо человека в момент смерти.
И незаметно аромат города проникает в тебя. Неважно, сколько в городе церквей и какой высоты купол, не так уж важны имена правителей и какой толщины стены, что они возвели. Дух города – это самое важное. У каждого города он свой. Если ты его почувствовал – город тебя принял. Нам повезло – мы ощутили этот дух и в Неаполе, и в Риме. И непохожесть каждого из них.

...кофе в Риме хорош. Очень хорош. Причем, неважно, чашка кофе в центре за 2.50 евро или в баре-забегаловке на отшибе, далеко от туристских троп за 70 центрв. Глоток ароматного крепкого напитка будет изумителен. Так нам казалось, пока мы не попали в Неаполь.
Гаэтано, неаполитанец в 3-м поколении вез нас по уже темным улицам.Толпа текла мимо освещенных витрин, выстроились очереди в бутики – начались распродажи. Горы коробок и пакетов с мусором, кажется, на всех углах. Гаэтано вез нас в криминальный район за лучшей пиццей в городе.
Войдя – сразу попадаешь в пекарню. Лепешки из теста, начинка для пиццы. Лестница наверх – и ты в просторном зале. Девушка за кассой что-то делает с аппаратом, парень пристает к ней с нежностями, длинные ряды столов, много народу, все говорят, шумно, все очень просто и по-свойски. Сразу чувствуешь – сюда пришли жители окрестных улиц большой или маленькой компанией, семьей, место всем привычное и дело всем привычное – съесть пиццу. В Риме можно купить пиццу в пиццерии и съесть на улице, на ходу. Тоже было вкусно. В Неаполе пиццу на улице не едят – она должна быть горячая. Тебе принесут блюдо огромных размеров с круглой пиццей. Кстати, о манере еды. У меня еще до поездки в Италию были подозрения, что у нас пиццу едят неправильно: ножом и вилкой. Это же пирог! Никому не придет в голову есть русский пирог ножом и вилкой. Круглая пицца разрезается на треугольные доли, рукой берут кусок, сворачивают трубочкой – тесто мягкое – и в рот. Причем все это очень быстро – пока пицца не остыла. Корочку макают в стекающий в тарелку сок. Скорость поедания пиццы Гаэтано ошеломила.
Кстати, в меню только 13 вариантов пиццы «Маргарита» - классической, которую все и заказывают.
Кофе в пиццерии не варят, и Гаэтано повел нас в бар. Он оставил нас на улице и зашел один. Поговорить. Неаполь – город, где надо быть «своим». Неаполитанский акцент – вот пропуск в этот мир. Где самый богатый добропорядочный квартал соседствует с криминальным. Где на улице продают контрабандные сигареты и наркотики, где шпанистого вида парни в любой момент могут начать выяснять отношения.
- Не смотрите на них, быстро в машину, - скажет нам Ира.
Где дорожные знаки понятие условное, как и светофор.
-Это неправильный «кирпич», - скажет неаполитанский водитель, - видишь, все едут, и я еду.
Это неправильный зеленый. И дорожная разметка тоже неправильная. Гаэтано на трассе летел прямо по ней, а не по полосе.
Гаэтано позвал нас в бар. Он заказывает кофе. Мне хочется пить, я прошу американо. По улыбкам людей в баре, обернувшихся на меня, понимаю – сморозила глупость. Исправляюсь. Пригубить чашку кофе Гаэтано не позволил. Он провел кофейной ложкой по краю чашки, запачкав ее. Теперь можно. Да, кофе на губах ощущаешь еще до первого глотка. Глоток…!!!
Если есть на свете божественный напиток, то это был он.
Неаполь провожал нас салютом.
-Какого-то бандита из тюрьмы выпустили, празднуют, - прокомментировала Ира. И это не было шуткой..